Юлия Пивоварова, поэт

День рыболова. Публикация Юлии Пивоваровой в «Сибирских огнях»

* * *
Этот портвейн непременно отравлен,
Этот портфель из кожзама пустой.
И в унисон говорят тебе: «Стой!» —
Трудные, пьяные дети окраин.

Праздничный день,
День рыболова,
Удочек нет,
Нет и любви.

Только тревоги сплошной безлимит
И сумасшествие драк у столовой.

Это — родной уголок отморозка,
Мрачный, изысканный сон,
Каждую ночь повторяется он,
Как на тельняшке полоска, полоска…

Спросят тебя: «Как прошла твоя юность?»
Скажешь: «Никак», — отвернуться стараясь.
Сразу окажется — юность вернулась,
Но притворилась, что старость.

Муха

Лишенная зренья и слуха,
Сознанья, ума и лица,
Летает беспечная муха,
Не чувствуя близость конца.

Дурацкой тоскою не маясь,
Не думая о красоте,
Она вызывает лишь зависть
К бесстрашной такой простоте.

Пример примитивного риска,
На крылышках мерзких своих
Она подлетает так близко,
Что кончится раньше, чем стих.
Друзья
Куда летит метели пепел,
О чем ее негромкий лепет? —
Не знают ни Андрей, ни Павел
И улыбаются нелепо.
Они в метель решили выпить
И закурить среди метели,
По полстакана внутрь вылить
И «Беломор» они хотели.
Курить метель мешала очень,
До крайней степени мешала,
Она гасила огонечки,
А выпить вроде разрешала.
Потом она им долго пела,
И наконец они узнали,
Куда летит метели пепел,
В каком она танцует зале.
Когда метель слегка утихла,
Они тихонько задымили,
Два грустных и нетрезвых типа.
Метель исчезла за домами,
Ушла в сугробах свежих плавать,
Скользить лучом по льдистой кромке.
Потом пошли Андрей и Павел
В свои бетонные коробки.

* * *

Как тяжело поставить точку,
А запятую — тяжелей.
Желтеет осени жилет,
И через речку путь короче.
А ты не бойся, не жалей
И не проси кого попало
Дать докурить бычок «Опала»,
Ведь он из юности твоей.
* * *

Пообещал Гидрометцентр
нам от ноля до плюс пяти,
совсем простывший пациент
глинтвейн торопится допить.

Под затемненный свод стеклянный
Луна неспешно вознеслась.
В ее лучах мерцает слякоть,
Сияет призрачная грязь.
Из-под колес автомобильных
Летят янтарно искры брызг.
Мы по тебе давно любили
Гулять, ночной Новосибирск.
И там, где мы курили «Космос»
Под звуки желтых субмарин,
Сегодня дети комсомольцев
Встречают спайсом Хеллоуин.
Взрывают яркие петарды
Над новой свадьбою в кредит…
Не может знать сермяжной правды
Неисправимый эрудит:
Ему не спится, он словарь
Мифологический листает,
Ему не спится. Он — сова
В магнитном поле иллюстраций.

* * *
Юноша из Владивостока
Все повторяет цейтнот,
Цвета томатного сока
Девушке дарит цветок.

Девушка из Геленджика
Не принимает цветка,
Любит бандита-джигита,
Песню про мрачный централ,

Любит на лавке вечерней
Сказочной травкой дымить.
Юноша думает, чем ей
Он так не дорог, не мил?

Может быть, имя Виталий
Девушке чем-то не так?
Алый цветок увядает,
И умирает мечта.

* * *
Меня не сорок человек.
Зачем мне семьдесят тарелок?
Пусть чисто белых, точно снег,
Меня не семьдесят, как белок,
Меня не десять, и не три,
И не пятнадцать, и не тридцать.
Меня так мало, посмотри.
И я сама себе царица.

* * *
Кому-то нужен утонченный вкус,
А многим только улицы лицей,
Советский привокзальный перекус:
Сметана и вареное яйцо.
Бесплатные поездки по стране,
От разных контролеров беготня,
Кому-то, а похоже, что и мне,
Не предстоит нигде разбогатеть.
Зато таких попробуй обгони,
Ведь налегке бежать быстрей стократ,
И в детстве, где бенгальские огни,
Запрятан невообразимый клад.

* * *
Я ненавижу насекомых
Намного больше, чем врагов,
Чем самых мелочных знакомых
И опрометчивость шагов.
Люблю у бабочек я крылья,
Но их тела не выношу.
Хочу, чтобы меня закрыли
От всех москитов в паранджу.
Я презираю тараканов,
Двухвосток, гусениц, мокриц —
Они глядят со всех экранов
Отсутствием нормальных лиц.
Всех перечислить невозможно,
Всей этой дряни нет числа.
Увы, не замечать их сложно,
А полюбить никак нельзя.
В рядах их армии бессчетной
Царит порядок, а не бунт.
И только пчелки, только пчелки,
Одни лишь пчелки мед дают.

Фонтан

Алкаш купается в фонтане,
Его пытаются достать,
Чтобы доставить куда надо,
Но это вовсе не фатально.

Всего лишь мелкая досада
И городская клоунада,
Любимая у наших граждан,
Такая форма развлечений,
Почти магический обряд.
И каждый чувствует однажды
Фонтана этого свеченье…
Слов нецензурных звукоряд
Звучит подобием органа
Вокруг попавшего в фонтан.
Идет полиция, как свита,
Сопровождая хулигана,
И веселится хулиган.

* * *
Мне до дежурного свиданья
Осталось времени чуть-чуть.
Тюльпаны в банке увядают,
И пропадает свежесть чувств.
И хочется послать все к черту
И превратить реальность в блеф,
И сердце делается черствым,
Как этот черный старый хлеб.

* * *
Когда так хочется уснуть
Почти на каждой остановке
И все равно стремиться в путь
Уже к нормальной обстановке,

Тогда приходит новый день,
В одеждах чистых и прохладных,
И ты, в фуражке набекрень,
Опять целуешь девок ладных,

Пропахших славным «Ив Роше»,
А не духами разливными,
И снова очень хорошо
Ползут машины поливные.

Откуда-то идет прилив
Таких необходимых денег,
Любовь приходит точно взрыв,
И я не знаю, что с ней делать.

Источник: Сибирские огни